КИЛЛИАН ПЭЙТОНКЛИФФ ХОЛДЖЕРИЛАЙ БЕРРИГАН
ГРЕХ НЕ В ТЕМНОТЕ, НО В НЕЖЕЛАНИИ СВЕТА
месяц солнца, 1810 год
Тёмное фэнтези | NC-17
Месяц солнца принёс в Дагорт дурные известия: мало хорошего в новостях о том, что в Редларте начали пропадать люди. Там и раньше было не слишком спокойно: большинство жителей ушло оттуда с приходом Пустоты. Остались лишь самые смелые или самые упрямые (хотя их принято звать глупцами). Более того, остался в Редларте и весь род Пэйтонов, не пожелавших бросить родной город. Кто-то говорит, что тучи сгущаются и грядёт буря — вполне возможно, что будет так.
» сюжет и хронология » правила проекта » список ролей » календарь и праздники » география и ресурсы » власть и образование » религия » технологии и оружие » ордена и союзы » пути и пустота » бестиарий » гостевая книга » занятые внешности » нужные персонажи » квестовая

Дагорт

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дагорт » Архивы канцелярии » Церера, 24 года


Церера, 24 года

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

ЦЕРЕРА


http://sg.uploads.ru/t/fnXx9.png
Aside the one in sorrows
To release my darkened mind and never meant to bought my way to thee a light that blinds the blind.
God end this suffering, my blood and tears that flow for you
My King

То, как вы известны: Церера;
Возраст:  24;
Род занятий | Путь: Самопровозглашённая Жрица | Эпигон (Сущность);
Сложность: Адская;
Отличительные черты: Витилиго по всей коже в детстве и голубая татуировка на почти полностью белой коже в юношестве и до «теперь». Разговаривает с собой.
рост 160 / вес 53


ОБЩАЯ ИНФОРМАЦИЯВижу свет в ночи туманной, не прогнать мне призрак странный. Свет негаснущей свечи, гори, гори в ночи!
Она не родилась такой, нет, медленно, но верно покрывалась своими пятнами: бледными зимой и красными от ожогов на солнце — «порчей», «проклятием» или «скверной», чем визгливо люди обзывали её отметины.
Мать заплетала её волосы, также брезгливо перебирая пальцами бледные пряди, те, корни которых аккуратными «облачками» находились прямо на макушке Цереры и затылке. И долгое время ей приходилось скрывать, обрезать, заплетать косы, и рвать, рвать, рвать себя на части, в попытках скрыть собственное уродство. Каким же проклятием были новые ранки, травмы на её коже — они не заживали, а контрастом выделялись в новые пятна на девичьей коже, такие заметные и открытые для всех.
Уже в двенадцать её первый раз закидали камнем. Так чудесно унижать, обижать того, кто слабее, кто не такой, как ты. Крепкие, острые и тяжелые куски земли врезались в кожу, ранили руки, которыми девушка пыталась прикрыть лишённые цвета кудри, свою голову, с окровавленным носом лицо.
И так каждый раз, когда она переходила кому-то дорогу, когда «имела наглость» посмотреть лишний раз на кого-то. Пальцем ей у виска крутили и дулю показывали, когда ходила рядом с нормальными людьми. А раны заживали всё хуже, всё слабее, постепенно привнося с собой почти полную белизну девичьей кожи. Болезненную. Проклятую.

Она не родилась такой, но приняла это, когда однажды услышала голос в своей голове. Даже не знала, чем он — тот услужливо говорил с девушкой, всегда соглашался, был другом. Был тем, чего у неё никогда не было. Что, разумеется, не сумело скрыться от деревенщин, с которыми она жила.
Изгнали её сразу же, как очередной ребёнок пронзительно и мерзко заверещал, люди в очередной раз закидали её камнями. «Радуйся, что не сожгли, мерзкая ведьма!» — и вновь визгливое замечание, когда её, босую, мать выставила за пределы дома. — «Из-за тебя жизни нет, ни мне, не братьям. Вали в Пустоту!» — тараторила женщина, выкинув вслед несколько личных вещей.
«Ну и пусть, пусть, пусть» — эхо в её голове, интересно, какого оно пола? То, что сидит в её голове. Девушка и сама не понимает. Не знает. Но продолжает постоянно болтать.

А потом она услышала ещё один голос. На этот раз другой. Совсем другой. Несомненно, он влёк. Он манил к себе так, что девушка не могла сдержаться или устоять. Не могла отказаться от этого. И бежала, бежала, бежала, пока не свалилась прямо около местной кладбищенской плиты, голос рядом с которой был особенно певчий, красивый, звонкий, как детский. Она также слышала и другие парочку голосов. Но куда более тихих: щебетание птиц, вой волка, змеиное шипение — то, что наполняло угрюмое и скомканное на территории место, то тут, то там пестрящее «оборванными» своими кусками с вырытой землёй. Мародёры никогда не желали оставлять подобные счастливые местечки, так и теперь они ежедневно наведывались в лакомый кусочек сего захолустья, в надежде поживиться.
А уж увидев Цереру — так и вовсе развеселились, откидывая своё пойло, на время, подальше. Ночью не следует девочкам ходить в лесу в одиночку. Ох, не следует.

Церера замолчала, последним своим звуком издав тихий крик от мерзкого ощущения смрада и боли. Её не били, хоть она и привыкла к такому.
А после, когда всё завершилось — забрали с собой. Ну, так, развлечения ради, не обеднеют кормить одну сладкую, хоть и бледную мордашку. Не сказать, что их жертва была действительно уродиной — просто с дефектом, который как не странно не отпугивал тех, кто давно отрёкся от богов и действовал только исходя из своих низменных прихотей.
Через какое-то время раскрылась и её способность к пути эпигона. Кто-то заметил, как девушка мычала над давно убитой под ножкой кровати крысой. Та давно воняла от разложения, была облезшей, но чем-то привлекла безумицу. Кто-то даже крикнул, мол, выкиньте вы эту девку, только неприятности принесёт. А кто-то отвечал, дескать, удобно же, да и слышал он, как когда-то кто-то ему говорил, что где-то в деревне какой-то человек вырезал кости! Подумать только, и те, когда люди получали их, давали им немыслимые силы.
С того дня напасти превратились из постоянных изнасилований в принуждение сотворить руну. Её шпыняли, принося всё больше и больше кости. Но что же поделать, коли сердечко, ну, не лежит, не лежит к чему-то? Как быть?
Выживать.

А она выживала. Отказывалась даже от «поющих» костей, втихаря, каждую ночь осторожно шкребя куском стекла по найденной «громогласной» костяшке. Кажется, это было птичье крыло? Церера и сама не понимала. И вместе с подбадриваниями голоса в её голове — продолжала пока кусок некогда кривой-косой кости не стал чудесным куском кривой-косой кости. Кто вообще учит деревенских девок резать по дереву или кости?! В любом случае этого было достаточно, дабы, прижав к сердечку получить на самом ровном её месте руну. Ту самую, которую видела лишь раз в жизни,когда в деревню пришла фигура с явно выделенным знаком на собственном теле. Человек пробыл там всего полчаса — просто прошёл по улочкам. Но даже такого хватило, чтобы несколько раз с верхних этажей домов особенно храбрые бабки вылили на него ведро воды. Не попали, конечно, но зрелище было странным.

«Стань мною, стань, стань, стань» — наконец шёпот стал разборчивым. Быть может руна, в отличие от девушки была разумной, быть может безумице лишь показалось, но тот час же Церера стала пичугой — небольшой птичкой, сбросившей свои одежды да оставшаяся лишь с куском костяшки между лапок.
Улетела. В кои-то веки бледнолицая сама могла решать, куда ей деваться, куда податься, куда уйти, улететь.
Это было чудом, настоящим чудом для неё.

Она больше не будет в одиночестве, навсегда останется среди целого оркестра голосов. Пока что совсем тихого и не слишком мешающего. Разрушенный же храм остался её домом. Туда и доныне порой ходят люди, остаются на ночь путники, иногда пользуясь телом Цереры да кидая ей за это деньги. Иногда даже она продаёт лечебные травы, которые находит в лесах, и очень редко руны, хоть и сама порой не знает, что значат они. Закопанные до поры, до времени в небольшом сундуке у подножия храма, что при кладбище.
Никто не знает, кому она поклоняется — она давно забыла то, что знала раньше, и помнит лишь проплешинами, едва-едва способными собрать цельный пазл из известных ему кусков.


ВОЗМОЖНОСТИА прибой и слёзы на вкус, как соль, да и ту потом унесёт вода. Капитан не слышит тебя, Ассоль. Капитана не было никогда.

Руна (Сущность)

http://sg.uploads.ru/t/c3ryf.jpg

Даёт возможность становиться птицей. Лишь на время, ибо сама по себе руна совсем слабенькая. Превращение длится всего пять часов, однако перед тем, как вновь обратиться птичкой – должно пройти время, что выливается практически в целый день. Обращается практически мгновенно.
Ориентируется в лесу, умеет ставить ловушки, различать съедобное от несъедобного и всё такое «лесное». Почти не умеет общаться и договариваться с людьми, но не агрессивничает в их сторону. Живёт на подаяние около заброшенного лесного храма. Однако совсем не умеет торговаться, а потому даже в самые редкие выходы в город, её часто удаётся обманывать, продавая либо давно подгнившие овощи, либо просто обсчитывая втридорога.


ПОИСКОВЫЙ ОТРЯДДжига-игла, нет, не вонзайте, лучше снова играйте, играйте же ещё!

https://vk.com/id417052426

Отредактировано Церера (2019-07-13 13:26:21)

+5

2

http://ipic.su/img/img7/fs/Epig.1560272469.png


А внизу шумит девятый вал, накрывая пики скал подводных. Только здесь, в пожаре небосводном, ты найдёшь всё то, чего искал.

маленькая пичуга верткая и юркая, порхает, отчаянно работая яркими крыльями. Используя руну, в форме птицы вы получаете +3 к броскам на уворот.

0

3

http://ipic.su/img/img7/fs/Vliyanie.1560273269.png


Не видишь — но слышишь, не чувствуешь — но знаешь. Прислушайся, дотронься. Будет жечь, будет больно, только руку ты не одергивай, не смей.

сущность: здесь вас слушают. Вы смогли услышать в пении костей призыв, откликнулись на него, даже не до конца понимая, что за ним скрывается. Не понимаете всего вы и до сих пор. Ничего, ничего. Ваш бог к вам терпелив, вы ощущаете его внимание, если вы спросите, вас не оставят.

мнимый: здесь ждет смерть. Неправильно, неправильно. Чужие голоса, чужой зов, вы слышали его раньше, но он никогда не влек вас, не предостерегал — вы больше не слышите его, но знаете, что если услышите, то вместе с этим услышите свою смерть.

церковь семерых: здесь на вас оглядываются. Хотя вы и живете в разрушенном храме Семерых, не делаете зла, отвечаете добром, вас не считают всего лишь блаженной, нашедшей приют. Верующие понимают сразу, что богов вы не знаете.

инквизиция: здесь к вам равнодушны. Вы не привлекали к себе внимания Инквизиции, вы можете спать спокойно — пока что обычные люди гораздо страшнее.

народ: здесь на вас оглядываются. Вы — странная, что внешне, что по поведению. Кто-то старается избегать вас, кто-то — издевается, кто-то обманывает и ищет собственной выгоды. Как бы то ни было, вы не ждете от других помощи.

пустота: там только боль.

0


Вы здесь » Дагорт » Архивы канцелярии » Церера, 24 года