КИЛЛИАН ПЭЙТОНКЛИФФ ХОЛДЖЕРИЛАЙ БЕРРИГАН
ГРЕХ НЕ В ТЕМНОТЕ, НО В НЕЖЕЛАНИИ СВЕТА
месяц солнца, 1810 год
Тёмное фэнтези | NC-17
Месяц солнца принёс в Дагорт дурные известия: мало хорошего в новостях о том, что в Редларте начали пропадать люди. Там и раньше было не слишком спокойно: большинство жителей ушло оттуда с приходом Пустоты. Остались лишь самые смелые или самые упрямые (хотя их принято звать глупцами). Более того, остался в Редларте и весь род Пэйтонов, не пожелавших бросить родной город. Кто-то говорит, что тучи сгущаются и грядёт буря — вполне возможно, что будет так.
» сюжет и хронология » правила проекта » список ролей » календарь и праздники » география и ресурсы » власть и образование » религия » технологии и оружие » ордена и союзы » пути и пустота » бестиарий » гостевая книга » занятые внешности » нужные персонажи » квестовая

Дагорт

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дагорт » Личные эпизоды » 8, месяц солнца, 1810 - Старые кости


8, месяц солнца, 1810 - Старые кости

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

https://i.imgur.com/6Qpfgmf.png


Сайлас Ахав & Нэлд Месть может повести той дорогой, о которой даже не догадывался.

В канун скачек под Рэдлартом жители готовятся каждый по своему. Кто-то говорится к закрытию своей лавки на несколько дней, кому-то совершенно всё равно. Каким бы значимым не был грядущий праздник, в тёмных закоулках Дагорта всё идёт своим чередом - кто угодно может стать следующей жертвой.

+1

2

Ночью Дагорт, как и любой город меняется. Проблемы масштаба "мир поглощает Пустота а единственное, что нас удерживает от неминуемой смерти - купол над островом и никто не знает, сколько этот купол продержится" сменяются на проблемы более локальные, вроде "парни с Зелёной улицы ночью будут махаться с ребятами Старика О'Коннела за трактир "Под хвостом у курчавого пони"".
В последнее время Сайлас предпочитал проблемы второй категории, нежели проблемы первой. Они проще, они не настолько фатальны и чарующе лишены смысла в сравнении с заманчивой перспективой всеобщей мучительной смерти от хрен пойми чего, которое находится за куполом, сотканным из такого же хрен пойми чего.
Сайлас прижал совсем ещё молодого парнишку из банды Старика коленом к шершавой дороге, замахнулся находящейся в правой руке дубинкой, хорошей дубинкой из хорошего, прочного дерева, Сайлас предполагал, что это дуб, причём дубинка не просто дубовая, но ещё и утяжелена массивным стальным набалдажником. Удар массивным стальным набалжаником в лоб парнишке из конкурирующей банды, затем ещё один. Лоб человека на самом деле довольно прочный, потому над следующий ударом Ахав постарался как следует, со всей свой силой врезаясь дубинкой по голове паренька, окропляя дороги Дортона содержим головы парнишки из банды Старика. Сайлас злился. У его злости не было причины в настоящий момент, его слабо волновали разборки банд, он не имел личной заинтересованности, просто работа, способ отвлечься от своей жалкой жизни, заставить кровь закипеть, раз уж сигаретки днём с огнём не сыщешь. Злость - полезное чувство, оно помогает идти вперёд, когда стоило бы развернуться и отправиться за Купол на поиски достойной смерти.
Закончив со своей жертвой, Сайлас взревел, поднимаясь на ноги и возвращаясь в гущу схватки. Тринадцать Зелёных, плюс сам Сайлас (уже четырнадцать) против двадцати парней Старика. О'Конелл очень любил этот свой трактир, потому на разборку бросил львиную долю своих человеческих ресурсов, лишь бы не потерять заветную точку.
Схватка кипела, это слабо напоминало привычную ему войну, скорее так, кошачья возня, куча мала, отребье вооруженное обломками труб, дубинками, некоторые даже ножами. Зелёные куртки смешались с цветами враждующей банды - лиловыми, чтобы в пылу схватки враждующее не перепутали, начав избивать своих же. Ахав ворвался к сражающимся, поздоровавшись ударом по первой встречной ему голове с лиловой шляпой, очень удобно. Он особо не думал, просто бил со всей своей силой, бездумно как дикий, раненый зверь и так же вертелся, дабы не получить по голове самому. Драка продолжалась своим безумным чередом, пока в какофонию кричащих от боли и злобы людей не ворвались новые звуки - звуки выстрелов из мушкетов. Если в тебя стреляли однажды, ты больше никогда не перепутаешь этот звук с чем либо ещё. Громкий "бум", потом чья - то смерть, если стрелок достаточно хорош. В этот раз "бумов" было много. Стреляли беспорядочно, целясь в толпу, но учитывая творящуюся кашу, промахнуться было бы проблематично. Залп и часть враждующих слегла на землю под тяжестью впившихся в их тела пуль. Ахав едва не пропустил предназначавшийся ему удар, уклонившись в последний момент и контратакую ударом дубинки в подбородок нападавшему, превращая челюсть врага в былое подобие того, что могло бы прожевать яблоко.
Кто - то из толпы дерущихся прокричал "Врассыпную!", по голосу Сайлас предположил, что это Норт - один из "Зелёных", ответственный за происходящую "операцию"  и все как по велению вмешательства извне начали разбегаться в стороны, укрываясь в многочисленных закоулках и подворотнях. Ружья однозарядные, стрелкам нужно время на перезарядку, если стрелки неопытные, то времени у бандитов вполне достаточно для того, чтобы превратить их расстрел в стрельбу по улетающим уткам. Ощутив интуитивный страх за сохранность своей жизни, Ахав последовал общему примеру, рванув прочь от места сражения и последующей стрельбы, стремительным галопом несясь в тёмные углы. Завернув, он выбежал к тесной подворотне, перебирая ногами по неровной поверхности, несясь так, словно бы воплощенное Зло дышало ему в пятки. Разборка перестала быть просто разборкой двух враждующих банд, когда появилась третья, хоть сколь более организованная сторона. На бегу Сайлас, после очередного рокота выстрелов из ружей, услышал топот шагов позади себя. Кто - то бежал позади, вероятно преследовал.
Выругавшись себе под нос, он попытался ускорить своей бег, но его выносливость уже явно не та, как в молодости. Сайлас почувствовал, как начинает выдыхаться, продолжая бурчать под себя отборными ругательствами, он на бегу развернулся, с оставшейся силой швыряя дубинку в темноту, в сторону шагов позади. Если ему конечно не послышалось это в общем хаосе. Не ожидая последствий своих действия, он продолжил удирать от стрелков, пока его грубо не прервали. Что - то тяжелое врезалось в спину Сайласу, он запнулся в своих ногах, не углядев за поворотом и влетая на полной скорости в держащуюся на соплях дверь одного из зданий трущоб, проламывая её своим весом, ругаясь уже громко и слыша ругательства позади себя.
- Какого вообще хуя?! - рявкнул Ахав, влетая лицом в землю.

Отредактировано Сайлас Ахав (2019-07-25 15:26:21)

+2

3

Когда Пустота поглотила мир, а остров Дагорт уцелел лишь благодаря куполу, не стоило ожидать, что люди просто останутся довольны тем фактом, что выжили. Торговых путей с материком больше не существовало, как и материка, скорее всего. Всё то, что не производилось на острове, люди либо прятали далеко в глубокие подвалы, либо в принципе не имели. Заядлые курильщики перешли с табака на травку, если получалось раздобыть у знахарок пучок того самого, что может дать им в голову. Но даже это не смягчало их тягу получить порцию того самого дыма. Поэтому в забегаловках на окраине городов преобладали не самые лучшие настроения. Паршивые. Вот и сейчас Нэлд слушал ругань между хозяином злачного места и двух посетителей.
Информатор ушёл десять минут назад, когда спор был в самом разгаре. Кто-то даже запустил тухлый помидор, который пролетел мимо цели и сейчас, оставив грязное пятно на и без того грязной стене, догнивал на полу. Разбавленное пойло всё чаще вызывало недовольство заходившего люда.
К слову, о недовольстве. Если информатор дорожит своей головой хоть на немного, то он не соврал. Впрочем, прямо сейчас в этом Нэлд самолично убедился.
На улице, как и в самом паскудном подобии трактира, накалялись страсти похлеще интриг короны и приближённых к ней. Там, как он мог знать, ещё не доходило до открытых столкновений. Предел всех этого высокотитулованного сброда сходился к тому, чтобы плести интриги и завуалированно смешивать друг друга с грязью. Для таких же грязных дел обычно нанимали кого-то уровня Нэлда - простого человека, заинтересованного в собственном кошельке, а не в том, чья задница греет трон.

Когда началась стрельба, Нэлд охуел настолько, что это стало бы, выражаясь культурным языком, эталоном удивления. Когда выпущенная кем-то с крыши пуля вздыбила землю перед ногами охотника, он не стеснялся в выражениях, покрыв витиеватыми ругательствами стрелка, его мамку, батю и всех в его роду. Вторая уже пролетела в тело рядом с ним. Дубина в его руках должна была угодить в голову другому ублюдку, участвующему в потасовке, упала в живописную лошадиную лепёху, которую Нэлд преодолел невысоким прыжком.
Планы изменились. Раньше Нэлд планировал спокойно дождаться окончания драки за территорию, которая больше напоминала возню котов по весне за право прижать к земле ту или иную кошачью самку. Эти люди дрались, стараясь доказать другим, что у них тут самые большие яйца и именно поэтому тот трактир, в котором Нэлд отведал очередную похлёбку из ссанины мула, потому что никак иначе местную жратву назвать язык не поворачивался, должен принадлежать им. Почему? Потому что хуй длиннее, толще, а яйцами можно таранить ворота крепости. Обычная уличная возня, в которой Нэлд предпочитал не участвовать. Интереса у него в этом не больше, чем у комара погибнуть под копытом именно вон той кобылки.
Нужный ему человек должен остаться живым. Не для того Нэлд потратил несколько недель и определённую сумму денег, чтобы добыть необходимую ему информацию о человеке с именем Сайлас Ахав. Пока что Нэлд видел только его спину, за которой и рванул, прикрывая руками голову. Вряд ли на крышах собралась вся королевская гвардия, среди которых наверняка есть стрелки, выбивающие воробью глаз и он, воробей, а не глаз, после этого продолжает свою долгую и счастливую жизнь без одного глаза. Но в его списке приоритетов собственная голова гораздо важнее, чем те же руки. Рука заживёт, а вот голова с мозгами на земле, уже вряд ли.
Им нужно поговорить. И разговор обещал быть неприятным. Если Сайлас окажется более отбитым, чем он его себе представлял, слушая слухи об этом человеке, то его спокойная реакция удивит его так же, как начавшаяся пальба. Информатор либо не знал об этом, что значительно уменьшает его ценность, либо знал и надеялся, что Нэлда изрешетят там же. Но с ним у него будет отдельный разговор.
Те, кто ещё не поймал пулю, разбегались, кто куда. Как-то резко забылось, ради чего они все тут собрались. В одном направлении одинаково резво улепётывали носители курток разного цвета. Нэлд же всё так же преследовал Сайласа по переулку, пока по крышам их преследовал стрелок. Прекрасный тройничок, если не учитывать того, что как минимум один из них хочет отправить двоих в мир иной на встречу к Семерым.
Следя за тем, чтобы не подвернуть ногу на невыразимо прекрасных ухабистых дорогах трущоб Дагорта, Нэлд не уловил тот момент, когда Сайлас решил избавиться от человека, просто бегущего в том же направлении, что и он сам. Дубинка с игривым свистом любовницы пролетела мимо его уха. Охотник запоздало пригнулся, мысленно крестя Сайласа всеми древними богами. Мог бы и вслух, но тогда прощай дыхание, которого и так почти не осталось.
Улица упиралась в стену жилого дома и расходилась в дальше в разные стороны. Сайлас замедлился. Неужели собирается тормозить и дать бой прямо тут? Мужик, против стрелка это совершенно паскудная идея. Хуже только насрать в тарелку королю.
Не сбавляя темпа, Нэлд сжал зубы и врезался в Сайласа, протаранив им хлипкую дверь, видавшую времена сотворения мира. Та словно ждала этого всю свою жизнь - петли раздробились так, что Нэлд почти не ощутил сопротивления. Сайлас в этой ситуации совершенно не в счёт. Будь дверь из Сайласа - был бы и другой разговор.
На пол рухнули они втроём - Нэлд, Сайлас и дверь, причём охотник, соблюдая свои традиции, остался сверху. Пусть и недолго.
- Не время думать о хуях! - позади прозвучало ещё два выстрела. Отлично, к стрелку на крыше, преследующего именно их двоих, добавился ещё один. - Не щёлкай клювом и вперёд!
С направлением он погорячился. Дом, в котором они оказались, не имел запасного выхода. Как и большинство хибар в этом районе, дома представляли собой плачевное зрелище. Дверь, комната, окно, может даже два, если особо повезёт.
- Они перезаряжаются, - Нэлд перевёл дыхание. Взлохмаченный от бега, со стекающим по лицу потом и прилипшими волосами к своему видавшему всякое лицу, он походил больше на самого отъявленного головореза, чем на спасателя чьей-то жопы. - Бежим, бля, вопросы потом!
Конечно, он мог подождать, пока Сайлас соизволит выразить своё согласие, может даже выдаст бумагу с печатью и подписью, подтверждающую, что он не против пробежаться переулками и не имеет претензий к Нэлду, его сопровождающего, но времени на это не было. Поэтому, едва они оба поднялись на ноги, Нэлд выписал Сайласу совершенно не дворянский пинок на улицу и направился уже вместе с ним в одно из ответвлений улицы.
Никакого желания стать одним из тех мертвяков, украшающих трущобы, лично у него не было.

+2

4

Деревянная дверь легко и задорно треснула, когда в неё на полной скорости влетел сам Сайлас, а после и его загадочный преследователь, который изрядно поддал инерции и усугубил двери её и без того, вне всяких сомнений, нелёгкую жизнь. Треск ломающегося дерева, дверь сорвалась со своих проржавевших от времени петель, податливо проваливаясь и увлекая за собой всех к этому безобразию причастных. Их падение подняло клубы мирно дремлющей пыли, облепливающей как стая плотоядных жуков, забираясь в ноздри, путаясь в волосах.
Сайлас хотел бы чихнуть, но злость от столь неприятного положения, плюс тяжесть чужого тела сверху помогла вместо чиха издать ругательство с явно окрашенным вопросительным оттенком, уточняя какого именно органа здесь происходит. "Нападавший" вежливо уточнил, что не время задаваться о столь важных и философских вопросах, а после как подтверждение его слов, позади раздалось ещё несколько выстрелов, ровно два если быть точным. Ахав пытался было сосчитать число стреляющих, но всё перемешалось слишком быстро и стремительно, что не стоило и пытаться. Стало лишь ясно, что учитывая тот факт, что их преследуют, цель стрелков не просто распугать враждующие банды и под шумок прибрать тот зачуханный кабак, цель стрелков - явное истребление как и Зелёных, так и парней Старика, что явно не добавляло привлекательности этому вечеру.
- Перезаряжаются, - вместо того, чтобы тихо жевать пыль, сквозь свой рык и матерный бубнёж ответил незнакомцу Сайлас, приподнимаясь. Передышка подходила к своему логическому завершению, наступало время снова спасать свои жизни, а быть придавленным к земле явно не лучший отдых перед дальнейшим бегом.
Кровь в висках пульсировала от адреналина, это хорошо. Его грудь сдавливало, сердце бешено стучало, дыхание тяжелое, словно бы лёгкие задорно танцевали канкан, направляясь к выходу из организма вместо того, чтобы мерно заниматься своим делом, это всё уже плохо. Ещё горели ладони, которые Сайлас кажется умудрился разодрать при падении, но это уже мелочи.
Ахав лишь рассчитывал, что как и всегда - нежелание словить пулю в череп подстегнёт его весьма низкую любовь к тактическим отступлением или же паническому бегству, если выразиться проще.
Ощутив, как тяжесть придавившего его к земле мужика исчезла, тот видно начал подниматься на ноги, Ахав припал на колено, смачно сплюнув наземь, мокротой вперемешку с пылью и прочим дерьмом, которым он наглотался за весь этот дряной вечер. Дыхание начало успокаиваться, а пелена с глаз сходить так, что он даже воспользовался секундой для того, чтобы осмотреться в помещении. Помещение можно было охарактеризовать, как выражался когда - то его сержант, как крайней степени дерьмовости защитное сооружение. Держать оборону против неизвестного противника с неизвестной численностью и неизвестным вооружением в хибаре, которая неизвестно как ещё не слегка от порывов ветра, тактика как известно очень херовая. А незнакомец - с рожи ничего особенного, у Ахава не было времени подумать, что от него ожидать, да его в общем то это и мало волновало, может какой из Зелёных. Рожа и рожа, грязная и чумазая, вполне закономерно для человека, на пару с ним протирающим всякие задрипанные халупы лицом. Стоило сваливать, а не любоваться друг другом под лунным светом.
- Бежим, бля, вопросы потом!, - понял это и незнакомец, рявкнув ему на ухо, а после Сайлас получил живительный пинок под зад. Удар у него хороший и крайне болезненный, но пострадала, как известно, в первую очередь гордость, а потом уже ягодицы.
- Я тебе блять пну, щщенок! - прокричал на него в ответ Ахав, по инерции вскакивая на ноги и бросаясь на улицу, обратно в главную боевую зону этой блядской ночи. Возможно, не будь его гордость раздавлена и похоронена на дне морском годами ранее, Ахав бы возмутился и начал бы под кавальдой выстрелов и под прицелом у недоброжелателей выяснять отношения с этим самым мужиком, но сейчас он предпочёл продолжить спасение своей жизни, пока неумехи - стрелки возились со своими винтовками, долго и томно перезаряжая их, словно бы это были их мамаши.
Товарищи по мушкетному обстрелу продолжили свой неумолимый бег по запутанным и крайне тесным трущобам Дагорта, бег их сопровождали всё те же выстрелы и крики тех, кого пули таки достали в этой ночной мясорубке. Выстрелы, словно раскаты грома, становились всё ближе и ближе, словно бы стоит им замедлиться хоть на минуту и пули уже будут  свистеть аккурат у ушей или чего похуже, украсят дрянные трущёбные дороги содержимым их бренных голов. Сказано - сделано, Сайлас ощутил, как у его уха пролетела шальная пуля, что недвусмысленно намекало на то, что стрелки уже дышали в спину убегающим.
- Валим с кишки! - прокричал Сайлас, резко заворачиваясь в сторону и сигая в ветхое окно ближайшего здания, которые в трущобах все были словно на одно лицо. Телом он вынес оконную раму, а заодно и невесть откуда взявшееся в трущобах оконное стекло, с болью во всём своём естестве ощущая, как часть осколков впилась в кожу, царапая лицо, пальцы, открытые участки шеи. В здание он влетел привычным и рефлекторным, компенсирующим силу падения кувырком. Собираясь уже подняться и продолжить бег, он почувствовал, как хлипкий пол под ним треснул, а прогнившие от времени доски обвалились, увлекая находившихся в зданиях вниз, всё ещё не в бездну, но во тьму находившегося под зданием подвала.

Отредактировано Сайлас Ахав (2019-07-25 05:21:44)

+2

5

С чего бы вдруг незнакомый человек стал бы беспрекословно слушать другого незнакомого человека, особенно когда обстановка близка к тому, чтобы оказаться в выгребной яме? Нэлд полностью отдавал себе отчёт  - будь он на месте Сайласа, то отреагировал бы не просто крепким словцом, а и кулаком по наглой роже. Впрочем, не стоило загадывать, разозлившийся бывший вояка мог исполнить нечто подобное позже, когда за спиной перестали бы звучать наперебой ружья.
В одном Нэлд точно не собирался спорить - нужно валить, чем быстрее, тем лучше. Нет, конечно, рисковать жизнью ради встречи с нужным человеком занятие не менее благородное, нежели воспитывать пони, на которых будут разъезжать молодые господа, но что-то Нэлд не видел тут ни молодого заморского принца пяти лет от роду, ни того самого пони, на которого первый раз в жизни собрались надевать уздечку.
Бегать Нэлд не любил, для него всегда это значило проблемы. А ещё - опасность. Бегать просто так, потому что выдалось несколько свободных минут, удел тех, кому нечего больше делать. Охотник чаще убегал от разъярённого вепря, если стрела с первого раза не убила животное, чья судьба сводилась к быть поделённому на куски мяса и лишиться кожи. Иногда и от людей, которым что-то не понравилось его роже. Городская стража и гвардия это простые ребята, с которыми ссориться никак не хотелось, привлекать их внимание тем более. Лучше пусть его будут знать, как человека, избегающего драк, но хорошего проводника, чем как глупца, окончившего своё существование в канаве из-за перепалки
Вот и сейчас он усиленно двигал своими конечности, из всех сил поспевая за Сайласом, который дал знатного стрекача, когда позади с опасной близостью возобновился обстрел. Оборачиваться назад не хотелось, Нэлд и так знал, что увидит - крыша теперь такое же излюбленное место для стрелков, как для голубей, только гадили они не дерьмом, а пулями.
Сайлас впереди что-то прокричал, а после вынес собою окно. Что же, как раз ему выносить собою двери и окна занятие вообще не новое, в то время как Нэлд предпочитал попадать в дома более культурным способом - через дверь и постучавшись.
Не было времени проявлять все те мизерные познания этикета, которые охотник наскрёб за всю свою жизнь. В образовавшуюся дыру вместо окна он сиганул с готовностью, не сбавляя ходу.
Зря. В полу за окном зияла дыра не меньше, чем в окне. Сайлас, чёрт его за ногу, собою проломил ход в подвал не хуже тарана. Нэлд только успел прокричать что-то вроде:
- Айблятьосторожно!
Вся коллегия учёных аплодировала бы ему стоя, если бы Нэлд приземлился ногами на голову человека, с которым собирался поговорить, а не убивать. Вместо разумного собеседника ему бы остались ошмётки головы на грязном полу.
Но то ли бог сегодня был милостив, то ли Нэлд просто везучий парень, но приземлился он в двух шагах от самого Сайласа. Не удержавшись, он завалился набок и ещё кувыркнулся через спину, прежде чем вскочить на ноги. Ноги запротестовали от такого быстрого подъёма, но лучше лишних несколько минут боли в ногах, чем опять же - смерть.
Разглядыванием смутно знакомых очертаний помещения Нэлд оставил на потом. Помимо стрелков на улице, сейчас был ещё один злющий мужик, но куда ближе, чем банда не менее злых стрелков.
- А теперь за мной должок, - с лёгкой злобой в голосе проговорил Сайлас из полумрака.
- Только не горячись, - начал Нэлд, но...
Поздно. Успевший к тому времени подняться на ноги, Сайлас замахнулся и нанёс кулаком быстрый удар в щеку. Обе челюсти слева тут же вспыхнули болью, а голова Нэлда мотнулась в сторону. Два шага назад и охотник упёрся спиной в балку, вместо того, чтобы упасть на замызганый пол.
Могло быть и хуже.
Сплюнув на пол кровью от прикушенной изнутри щеки, Нэлд перевёл дыхание. Что же, стоило ожидать чего-то подобное, когда отвешиваешь пинка такому человеку, как Сайлас Ахав. Хорошо, что с собой он взял только нож, этот человек в ярости мог переломать то, чем Нэлд зарабатывал на жизнь. Не только лук и стрелы, но и кости.
Что же, они начали не очень хорошо. Совместный бег по переулкам не сближает людей настолько, чтобы брататься через минут пять после первой встречи.
- Не торопись меня избивать, - поморщившись, Нэлд потрогал пальцами челюсть. Вроде не сломана, да и выбитые зубы во рту не летают, как воробей в хлеву. - У меня к тебе есть выгодное деловое предложение, от которого сложно отказаться, - он усмехнулся. Ну прям торговец или делец, ага. Хоть сейчас на ярмарку зазывать. Но как иначе начать, он не знал. - Ты же Сайлас Ахав? Ясен хер, что это ты, иначе я бы не полез за тобой под обстрел. Ну как, выслушаешь?
Конечно, он мог ответить "нет" просто потому, что зол и не настроен заводить разговор, да и новые знакомства ему не сдались. Не очень благоприятный исход, но и на это у Нэлда был вариант действий.

+2

6

В один момент Сайлас абсолютно точно и отчётливо понял одну вещь: он терпеть не может грёбанные, блядские трушобы. В этой заднице города, где ему посчастливилось вырасти всё и раньше ломалось, скрипело и трещало на каждом шагу, с незапамятных времён но сейчас это достигло своей кульминации и своего апогея, трущобы явно не были приспособлены под подобные боевые действия и под скачущего по домам Сайласа, за то и поплатился.
Прогнившие доски на полу звонко треснули, обваливаясь вместе с так удачно приземлившимся на пол Ахавом, который вместе с этими досками обвалился во тьму подвала, кряхтя и отчаянно матерясь, поминая всех известных ему богов за безучастную сучность. Что же, он становился для преследователей весьма удобной мишенью, издавая столько шума при побеге, что не отреагировал бы только глухой и то, находясь он в соседнем квартале, зависая в кабарэ под задорную музычку.
Разгребая и без того изодранными руками навалившийся сверху щебень и обломки пола, вонзая под пальцы занозу и царапая их об прогнившие балки, откашливаясь мерзкой вековой пылью, он начал выбираться из под хлипких завалов. Послышалась новая порция мата и новый звук падения, это завалился в подвал его новоиспечённый компаньон. Сайлас ценил в людях упорство, а этот парень был явно чертовски упорен в том, чтобы его, Сайласа преследовать, даже под пулями следуя вместе с ним и, что Сайлас особенно ценил в людях, не попытался убить его, имея на это как минимум две возможности за эту чёртову ночь.
Выбравшись, первым делом он решил воспользоваться образовавшейся возможностью отдышаться и осмотреться. Сайлас согнулся, упершись ладонями в колени для устойчивости и начал глубоко, неспешно дышать, восстанавливаясь. С него сошло семь потов, он грязный, весь в пыли, грязи, а на курке и на лице, помимо прочего, кажется остались куски мозгов того парнишки, которому он размозжил голову не более чем десять минут назад. У Ахав были вопросы, он чертовски зол на происходящее безумие, которое явно не подходило под тихую и будничную кровавую разборку двух враждующих банд, с которой всё начиналось.
Вдох выдох, нужно контролировать дыхание, дать телу успокоиться, выпустить злость. Когда кровавая пелена от бушующего адреналина сошла, а зрению вернулась былая чёткость, он перевёл взгляд с созерцания обломков под собой на незнакомца. Для него Сайлас так - же припас пару ласковых слов и движений.
- А теперь за мной должок, - с лёгкой злобой в голосе проговорил Ахав и после замахнулся, нанося быстрый удар кулаком незнакомцу в щёку. Удар не сильный, его цель не травмировать этого человека, просто за ним должок и ему нужно выпустить пар. В конце концов, последним человеком, который так пинал его по заднице был сержант из армейской учебки, а своего сержанта в учебке он ненавидел люто и отчаянно, отчасти именно за эту идиотскую привычку пинать новобранцев.
Незнакомец хотел было сказать своё слово, но оплеуха от Ахава прервала потенциальную речь, принося самому Сайласу несколько секунд простого и чисто человеческого удовольствия.
Незнакомец пошатнулся, отступая и упираясь спиной в балку, вероятно Сайлас не рассчитал силу. Он принял боевую стойку: поднял кулаки, выставив их перед собой, прижав плотней к голове, укрывая её от потенциально ответных ударов. Сайлас всегда готов дать отпор, в последнее время это своего рода смысл его жизни.
Впрочем, незнакомец сумел слегка удивить его, предпочтя, в отличии от Ахава, обратиться к разуму, а не своим кулакам. Сайлас оценил отсутствие намерения продолжать драку, пусть сам он именно этого сейчас и хотел.
- Выгодное предложение? - несколько удивлённо переспросил Сайлас. Таким странным образом его ещё не пытались нанять, - ты блять полез сюда для того, чтобы я тебя выслушал? - он хмыкнул, заросшее седоватой и неопрятной бородой, измазанное кровью и пылью лицо, искривилось в отдалённом подобии улыбки, напоминающей больше оскал, - нам ведь действительно нечем больше заняться, пока здесь пальба. Ну блять, излагай раз ты так подготовился, я тебя блять внимательно послушаю, парень.
- Ну ты блять внимательно послушай, - незнакомец стоял неподвижно, не торопясь сокращать между ними дистанцию. Правильный ход с его стороны, он был слишком напряжён и зол для того, чтобы терпеть ещё хоть шаг по направлению к себе - Имя Николас  Кроуфорд тебе говорит что?
Сайлас сощурился. Одним именем этот парень открыл плотно запертую шкатулку под названием "внимание к собеседнику Сайласа Ахава", причём открыл настолько с замахом, что он ещё не решил, продолжать слушать или всё же ещё раз съездить тому по лицу для проверки искренности. Лож склонна становиться правдой, когда во рту у лжеца вместо воздуха гуляют выбитые зубы, а ногти вывернуты в обратную сторону.
- Допустим, - сощурившись ответил ему Сайлас, не опуская кулаков. В его голове заиграла подозрительность, незнакомец определённо захватил его внимание одним удачно брошенным именем, - но если ты хотел поворошить моё прошлое, парень, следовало мне сперва налить.
Голос собеседника стал, как показалось Ахаву более раздражённым, но едва ли он мог поручиться за это. Вся ситуация казалась в целом чертовски раздражающей, с просто пропитывающей пространство нотками агрессии, да и он сам был зол и пытался собеседника поддеть, разозлить.
- Те ребята наверху нальют тебе мочи в стакан и просить не надо, - незнакомец продолжил свою пламенную речь, Сайласу он тем временем начинал всё больше нравится, по крайней мере он не походил на уличного паразита или ссыкливого ублюдка, с которыми Ахаву приходилось иметь дело в последнее время, пусть и затрагивая весьма опасную для него и очень щекотливую тему, за которую всё ещё мог бы заплатить зубами, стоит ему сделать шаг не в ту сторону. Свою захватывающую фразу незнакомец продолжил, продемонстрировав, видимо то, что вина у него с собой действительно нет (а жаль), а после поднял руки к потолку, видно для пущего эффекта или же под влиянием эмоций. Сайлас это разозлило, он не был особым фанатом театральных пантомим.
- Единственный, кто пытается здесь что - то обоссать, это ты, парень, причём обоссать ты явно хочешь мои уши, - он сделал шаг в перёд, по направлению к незнакомцу. Ситуация злила его, ворошение скелетов в шкафу, о которых он бы хотел забыть, злила ещё больше. Впрочем, последующие слова подействовали на гнев Ахава как ведро холодной воды: окатили с ушей до пят, заставили остыть и пересмотреть ситуацию и перспективы.
- Я знаю, как найти ребят, которые вышвырнули Николаса за купол. У тебя есть связи, которые помогут мне найти тех, кому я тоже хочу оторвать хвост по самые глаза. Улавливаешь связь?
- Улавливаю, - осторожно произнёс он, наконец опустив кулаки. Парень явно нащупал нужный рычаг, пользуясь им весьма эффективно. Сыграй он в другом направлении, Ахав вероятней всего спустил бы его с лестницы, будь она тут. Вероятно он просто пёс, что пытается уцепиться за соломинку, за неимением подходящей кости, даже если соломинка вероятно измазана говном и тщательно подложена под видом сливочного торта, - И допустим очень хочу тебе поверить, - он заглатывает наживку аккуратно, всё ещё опасаясь, что его праведным гневом воспользуются, а после выпотрошат и пустят на уху.
Незнакомец принял свою инициативу, уверенно ведя их словесную перепалку туда, куда ему нужно. Сайлас доверять опасался, но и просто отвернуться от того, что говорит этот человек не мог: слишком многое для него на кону.
- Но поверить мне тебе мешает то, что я хуй с горы, свалившийся тебе на голову. Я бы тоже не поверил.
И он снова был прав, в каждом своём слове. Именно так Ахав и воспринимал его сейчас. Хуй с горы, который использует очень опасные имена и даёт ему очень опасный огонёк надежды.
- Примерно моего роста и возраста, - Нэлд говорил негромко и неторопливо, чтобы Сайлас мог услышать и осознать каждое сказанное им слово, Сайлас продолжал слушать со всей доступной ему внимательностью, - крепыш, редкие курчавые светлые волосы на своей говняной башке. Овальное лицо, широкий нос, кто-то отчаянно пытался отрезать ему губы - там шрамы, только слепой не заметит. На правом ухе пирсинг, пытается сойти за пирата, но бледный, как чёрт. Знакомое описание, да? Дилинджер "Сморчок" Падвел. Я узнал про него всё, вплоть до того, к кому он лезет под юбку этой ночью.
- Тогда мы поступим так, - Сайлас выслушал, внимательно выслушал. И всё ещё очень хотел поверить в рассказанную ему историю, зацепиться за ту самую соломинку, -мы навестим твоего Падвела, как только выберемся из этой жопы, в которой мы оказались и в которую ты любезно за мной последовал, если его вопли меня убедят - я весь твой. Это будет моим авансом, сделка?
- Падвел твой, - он сделал акцент на втором слове, Ахав обратил внимание, - Договорились. Этот хмырь в знамо каком квартале за три улицы от нас.
- Значит сделка, - его голос, стальной и не выдающий эмоций. Сейчас им правила не злость, осторожность и подозрительность, перед ним появился блеклый огонёк надежды на хоть какое отомщение. Он протянул ему руку для пожатия, - не подведи меня, парень.
После этих слов он смотрелся в подвале, где они оказались, - есть идеи, как отсюда выбраться, кстати? Нам скоро опять начнут наступать на яйца.

Отредактировано Сайлас Ахав (2019-07-27 06:10:28)

+2

7

Слишком большую ставку делал охотник на информацию, которую получал от других. Информатор сказал ему, где будет Сайлас в эту ночь, но не упомянул про сходку злых мужиков и стрелков. От другого источника он разузнал про одного участника казни Николаса, но успел проверить только часть этой информации. Где ещё эти черти слукавили, проверять уже поздно, но что есть, то есть.
Наверху раздались мужские голоса, несколько. Половицы деревянного пола над головами Нэлда и Сайласа заскрипели, осыпая вниз через щели пыль от каждого шага.
Всего один. В дом зашёл только один человек и прямо сейчас он направлялся к дырке в полу.
Прятаться смысла уже нет, Нэлд только мог предполагать о том, что те в какой-то мере надеются на то, что упавшие с таким разбегом и размахом люди в дыру в пылу переломали себе по паре рук или ног. Скорее всего, они прекрасно знают, насколько живучими могут быть тараканы.
- Сайлас, прикрой лицо любой тряпкой.
Как бы тихо не говорил Нэлд, его услышали. Тем охота и отличалась от города - на охоте не нужно разговаривать с луком или ловушками  для того, чтобы они сделали необходимое. Как и любой другой инструмент. Сайлас это уже целый человек и тому нужно донести мысль. Словами. И вот ориентируясь на эти самые слова и сделал выстрел стрелок наверху, продырявив пол и осыпав на мужчин щедрую горсть щепок.
Ему очень сильно повезло, что Сайлас не стал артачиться, как пару минут назад, а сделал то, что сказал Нэлд. В той форме это больше походило на приказ, чем на просьбу, но Ахав это сделал, подтвердив своё согласие коротким кивком. Видно, что Сайлас больше привык работать в команде, Нэлд таким богатым опытом похвастаться не мог. К тому моменту, как сверху уже звучала отборная ругань и звук перезарядки, Сайлас натянул на нос тёмно-красный платок, скрыв за ним нижнюю половину лица.
- Гавно собачье, - процедил сквозь зубы Нэлд, рывком натягивая на лицо до носа грязно-серый лоскут ткани, вместе с тем накидывая  на голову капюшон. Уж что, а быть узнанным по небритой харе и рыжим волосам.
Дальше на разговоры времени не было. Сгребая Сайласа в охапку, Нэлд мысленно проклял тот момент, когда они свалились в этот подвал.
Исполнять такие фокусы в городе, где полно лишних глаз, ушей и других частей тела,
То, что происходило дальше, всегда напоминало Нэлду падение с большой высоты, только быстрее и не падение. Первым рывком но добрался до края ямы в полу, которую так любезно прорубил собою Сайлас. Мгновение на то, чтобы коснуться пола и не улететь обратно вниз, а в следующее Нэлд всё тем же рывком оказался на крыше соседнего здания.
"Давайте только без инквизиторов", - если его бог услышал эту просьбу, то может эта ночь окончится не на костре, согреться посмертно ему хотелось меньше, чем подцепить сифилис.
- Блять, парень... - когда он говорил, его голос дрожал, а когда Сайлас решил заглянуть вниз с края крыши, Нэлд всё же придержал того за плечо. Не хватало ещё, чтобы Ахав весело и бодро навернулся с крыши и сломал себе шею. Если тому хотелось блевануть - пожалуйста, внизу аж трое, заслуживающих такого душа. - Ты полон сюрпризов, я смотрю, - тому стало немного лучше и дальше он говорил так, как до этого - тоном готового свернуть шею за всё, что ему могло не понравиться, - и много ты фокусов знаешь? Смотрю, это довольно полезное дерьмо.
Всего несколько секунд передышки, пока внизу стрелки ругались вслух, поминая Семерых и чью-то мамашу. В другое время Нэлд не останавливался бы, чем быстрее скрыться с обзора, тем лучше. Но вот Сайлас явно чувствовал себя нехорошо. Даже при скудном свете луны и таком же не очень щедром свете уличных фонарей, охотник заметил, как сменился цвет лица его спутника на нездоровый бледный с оттенком болотной жижи. полезное дерьмо.
- Немного, - не время и не место, чтобы пересказывать всю свою биографию. Как говорил Сайлас немногим раньше, для такого нужна выпивка. Если на этом острове ещё осталось хоть что-то, что можно назвать настоящим бухлом. Разбавлёна в трактирах и прочих забегаловках не считалась, погреб зажиточного толстосума тоже. - Это полезно, но в городе сам понимаешь что. Готов?
Сайлас кивнул, ухмыльнувшись
- Оставим этот разговор до более спокойных времён, а теперь двинули к чёрту отсюда, если ты конечно не можешь нас перенести до ближайшего кабака.
Не туда им стоило держать путь сейчас. Если бы, конечно, Сморчок находился в кабаке, тогда да.
В этом районе дома невысокие, не такие, как кварталы богатеев. Ясен хрен, что стрелки ждать не будут, пока они наговорятся. Вот уже и новый выстрел заставил Нэлда рефлекторно дёрнуться в сторону и охотник едва вовсе не осел на крышу. Одного понимания того, что у него есть шанс уйти от погони это ещё не значило, что точно уйдёт, особенно если стоять вот так столбом.
Ночной ветер врезался ему в лицо с каждым рывком, норовя сорвать капюшон и стянуть с лица жалкое подобие маски. Но Нэлд не останавливался, перенося его и Сайласа дальше, пока не заприметил сбоку замызганый переулок. Туда-то он и совершил последний перенос, свалившись на землю как раз у края зловонной лужи отходов.

+2

8

- Ох, - его наконец вывернуло, он едва успел стянуть с лица свой платок - маску. Аккурат в тот момент, когда после серии стремительных переносов, галопом по крышам трущоб словно мухи удирающие от мухобойки. Сайлас не сталкивался с воздействием колдовства, он и колдунов то никогда не видел. Единственный, кто подходил под это описание, был один седой мужик с длинной окладистой бородой и в смешной шляпой со звёздочками, которые утверждал, что за десять серебряных может вытащить кролика из шляпы. То был городской сумасшедший, который из категории "раздрающего ублюдка" перевёл себя в категорию "опасного для диверсионной деятельности и скрытого проникновения ублюдка", а потому, оправдывая своё прозвище, Скрытному Корни пришлось прирезать того кинжалом, а труп они все вместе скинули в канаву, напихав предварительно камней за пазуху, делая всё это исключительно в  интересах короны.
Сейчас, испытав на себе воздействия скрытого и непонятного, Сайлас блевал так, что лужа отходов рисковала превратиться в небольшой океан. "Пусть страх выйдет", так ему когда - то сказал сержант, участливо хлопнув по плечу, когда Ахава вывернуло после первого крупного сражения. Сейчас он не то, чтобы испугался, в шоке были больше его внутренности, чем он сам.
- Не принимай на свой счёт, парень, - он выпрямился, вытирая рот тыльной стороной ладони и брегливо отирая ладонь о край и без того безмерно грязной и потёртой куртки, грязной и потёртой настолько, что картину хуже уже не сделаешь, - главное - сработало, ублюдки с ружьями нас, кажется, потеряли, по крайней мере пока. А теперь отведи меня к этому Сморчку. И ради Семерых, давай пока обойдёмся без скачков в пространстве, я становлюсь староват для подобных экспериментов.
Он осмотрелся вокруг. Сложно было сказать, насколько далеко они "ускакали" от места сражения, но сейчас ночь казалась тихой. Неестественно тихой. Где - то вдалеке залаяла собака, тихо и лениво, словно бы и не было бойни в паре кварталов от них, словно город тихо и безмятежно спал и так было всегда. Возможно дело было в лёгком звоне в ушах, лёгком но навязчивом, переглушающим остальные звуки вокруг. Ахав покачал головой, отгоняя навязчивый писк. Если бы он знал, что такое "давление", то догадался бы, что с возрастом от таких трюков оно у него просто ненароком подскочило от пережитого, небольшой привет от подступающей старости, который Ахав не мог распознать, а если бы и мог, не распознал бы из упрямства и вредности.
Капитан нагнулся, достав из - за голенища сапога небольшой засапожный нож, упрятав оружие во внутренний карман своей замызганной куртки. С оружием у сердца было спокойней.
- Ну что, веди, - отдышавшись произнёс он, когда противный писк наконец утих. Он кивнул головой во тьму городских улиц, предлагая двигаться дальше.

+2

9

Если квартал, в котором случилась перестрелка и в котором уже наверняка живые добивали раненых, считался трущобами со своими порядками и законами, бандами и группировками, разделившись между собой влияние, то в этом расстановка сил иная. Те драки, которые случались в стенах домов, прекращались быстрее, чем начинались. Негласный, мать его, договор и крепкая рука "мамаши".
Что, впрочем, не мешало время от времени в любом из местных переулков появляться мёртвой шлюхе. Нельзя сказать, что воздух тут чище, а умы местных обитателей яснее. Но вопросы тут решались совсем не кулаками. За некоторыми из красных огней стояли дворяне разной величины и пролить отнюдь не девственную кровь под крышей их домов значило подписать себе смертный приговор. Нэлд старался не думать о том, в какой из них они собирались ворваться и кто будет стоять за его спиной, когда охотник будет оборачиваться.
Сейчас в его ум просачивался едкий запах лужи, возле которой они с Сайласом приземлились.
Ахав уже выворачивал свой желудок наизнанку и Нэлд рисковал повторить его участь. Даже прижатый к лицу рукав практически не спасал. И даже вдыхая воздух ртом он только слегка притуплял запах, взамен словно пробуя эту лужу на вкус. Чёрт возьми, да будь он даже дворовой собакой, то держался от этого всего подальше. И это учитывая их страсть тянуть себе в пасть всё подряд.
Глядя, как его новый знакомый наполняет лужу всем, что хранил внутри себя, Нэлд уже начал опасаться за его здоровье. Как физическое, так и моральное.
— Ты только не помри так, — пробормотал Нэлд, оглянувшись к выходу в переулок. Повезло, никто не сбежал скупать билеты в первый ряд на такое зрелище.
Нет.
— Если они внезапно нас найдут, я буду удивлён, — негромко хмыкнув, Нэлд направился в сторону улицы прочь из переулка. — Но давай не будем дразнить судьбу.
Вслух про инквизиторов охотник не сказал ничего. Ну его, испытывать на прочность везение совершенно не хотелось, особенно после того, как ему удалось избежать пули, брошенной в него палки, снова пули, переломанной шеи от падения в подвал, снова пули. Однажды фарт закончится и тогда ему хотелось бы быть подальше от самого себя.
— Идём, если ты готов.
Сделав ладонью вертикальный жест у лица, давая Сайласу понять, что самое время прикрыть лицо обратно, Нэлд ускорил шаг. Чем быстрее они закончат со всем этим, тем лучше. В тот же момент Нэлд опасался, что спешка приведёт к полному краху их затеи. Но чтобы ни за что не переживать, лучшим решением стало бы непоявление на этот свет.

Они прошли несколько домов прежде, чем из свалки домов начали вырисовываться очертания благоустроенных сараев. Назвать их иначе язык у Нэлда не поворачивался - сбитые из досок одноэтажные конуры без окон, но хоть с дверьми. Крыши покрытые всё теми же досками и соломой, которая местами попросту торчала клочьями. Здесь можно отыскать не только дефку за медные монеты, но и несколько знатных болячек. Как бы не чесалось чресло, сюда шли только самые отчаянные, которых не пугали истории про волдыри на всех возможных местах и мучительная смерть.
Нет, им определённо не сюда. Сморчок определённо та ещё личность, проросший насквозь гнилью, как упавшее месяцем назад яблоко на землю и которым побрезговало зверьё. Определённо, именно в этом сарае ему и место. Потрахаться и умереть, что за жизнь. Даже немного жаль, что эти сараи им приходится обходить мимо.
Улицы становятся немного чище, дома на пару этажей выше. Перед некоторыми из них даже выровнена земля и за углом можно увидеть фаэтон. У таких домов уже есть окна, из которых на улицу льётся свет. И плотные занавески, как дань приличию и показатель того, что тут их могут себе позволить.
Поворот, прямо. Дальше по кварталу, снова поворот.
А вот теперь они на месте.
Дом перед ними хорош. Не богат, как за две улицы от них, где начинались дома с элитными, тьфу, проститутками. Нэлд не осуждал наличие таких развлечений, но вот люди, наведывающиеся туда, не вызывали улыбку радости на лице, только брезгливый оскал. А ведь потом эти люди возвращаются в свои усадьбы и продолжают рыться носом уже не между ног девицы, а в политике, насаждая другим благочестие и верность Семерым.
Дом, жив будь хозяин кошелька, сложен из тёмного, пусть и дешёвого, камня. Это уже не доски, которые рассыпались бы от кашля любого забулдыги. Крепкая, обитая металлом, дверь, чистое крыльцо и ни одного пьяного лица в округе. Да уж, с толпой не смешаться.
— Сморчок на третьем этаже, - Нэлд слегка морщится, поднимая голову и глядя на самое близкое к углу окно. — Должен быть. На мои фокусы на людях не рассчитывай, так что слушаю от тебя идеи, как нам его достать.

+2

10

Если долго идти по улицам Дагорта, умело передвигаясь по лабиринтам улиц, выбрав ту дорогу, которая ведёт из городской клоаки к самому центру, сердцу города (а Сайлас знал по крайней мере один такой маршрут), можно увидеть, как постепенно, улица за улицей, город расцветает. Убогие лачуги из трущоб замещаются домами куда более солидными и так по нарастающей, пока не упрёшься лицом в замок с королевскими особами, который, если начинать свой путь из самых "низов" просто таки издевательски контрастировал с прочей убогостью, которую можно найти в Дагорте, как впрочём и в любом крупном городе. Кое что, конечно, объединяло убогие трущобы с боле роскошный районами города: грязь, гниль и разложение всевозможных интриг просочилась везде. Так и они, миновали трущобы, оказавшись в районе более солидном внешне, но всё таким же гнилым внутри, если копнуть поглубже. Гниль, впрочем, можно найти и в самом спелом яблоке, если хорошо постараться. Здесь, например, проституток было, что мух в навозной куче. Сайласа могли бы настигнуть воспоминания, как он и ещё несколько гвардейцев, закончив "курс молодого бойца" ушли в самоволку именно в этот квартал, на поиски понятно каких приключений и даже нашли их, а вот например Толстяк Джерри, крепко сбитый парнишка, которого молодая солдатня с изрядным трудом вытащила на это мероприятие, нашёл здесь сифилис и помер через год, наложив на себя руки. Потому Сайлас, будучи человеком способным учиться на ошибках менее удачливых товарищей, в этот квартал особо не совался, так как картина Толстяка Джерри, у которого отвалился нос от прогрессирующей болячки (в последствии оказалось, что нос был меньшей из его последующих потерь), оказался прекрасным примером, чтобы конкретно этой ошибки уж точно не повторять никогда. Так случилось, что Сайлас в то время любил свой нос, да и всё остальное, что можно было бы потерять по простой человеческой глупости.
— Солидный домик, — произнёс Ахав, задумчиво почёсывая свою неопрятную и исседевшую бороду, то и дело натыкаясь пальцами на запутавшиеся в ней клочки грязи, брезгливо отщёлкивая их от растительности на лице, — ничего не знаешь про то, сколько людей может быть внутри? Охранники, наёмники, прочее дерьмо.
Дом выглядел защищённым. Не как огромная крепость, которую пришлось бы осаждать неделями, скорее как крепость поменьше, которую при достаточной дерзости и отсутствии старого доброго страха за свою жизнь, вполне можно взять шустрым наскоком, весело сплясав на трупах этой крепости защитников. Самое оно для старого солдата, переквалифицировавшего с убийцы на службе Короны в убийцу на службе любого отребья, чей кошель полней его желудка.
— Ни малейшего понятия, — ответил его компаньон, — знаю, что в личные комнаты они не заходят. Вышибала у входа пока один. Внутри вряд-ли штаб-квартира королевской гвардии, может пара-тройка рож разного пропития.
Звучало многообещающе, как заманчивая перспектива для вкусного ужина стайке стервятников или крыс. Или ворон. Или каннибалов.
— Ну, — он хищно оскалившись, поднял с земли валяющийся у его ног камень. Не просто камень, вполне увесистый и ощутимый булыжник. Подбросил его в ладони, взвешивая и примеряясь, насколько крепкую черепушку таким можно было бы расшибить — тогда мы просто постучим и посмотрим, кто выйдет.
Впрочем, его напарник отнёсся к идее с куда меньшим воодушевлением, чем сам Ахав. Сам Ахав вполне мог бы понять отсутствие доверия к своим "стратегическим манёврам" (если сильно польстить плану Сайласа и сильно обидеть стратегические манёвры).
— Ты серьёзно хочешь привлечь внимание всех и сразу?
— Ага, хочу,— пожал плечами Сайлас, словно по плану у него что то естественное и само собой разумеющееся, а не просто то, что он делал вид, будто бы есть какой то план, кроме "перебить всех внутри", — за нами неожиданность, а там просто отребье, я думаю. Ты при оружии?
— Я-то при оружии. А если там внутри человек десять, не считая злющую мамашу?
— Хуёво тогда будет, — с этими словами Сайлас замахнулся, метко швыряя булыжник в окно на первом этаже. Конечно, это выглядело как легкомыслие, справленное изрядной долей самоуверенности, но нет. Сайлас действительно рассчитывал на то, что называется "шок и трепет".
— Ну пиздец, — последнее, что он разобрал перед тем, как камень влетел в окно, проламывая хрупкое стекло с весьма характерным и до неприятного громким звуком. В детстве Сайлас был хулиганом, часто кидал людям камни в окна и как бывший хулиган он прекрасно знал, что когда кидаешь людям камень в окно, кто то обязательно выйдет проверить, что за говно сейчас вообще произошло. Когда люди выходят проверить, что за говно сейчас произошло, они оставляют дверь открытой.
Ахав рысью метнулся к входной двери не дожидаясь, пока упомянутый его напарником вышибала среагирует на шум. Руку он положил в карман с ножом, сжав рукоятку, двигаясь как хищник, готовый прирезать глотку шустрому зайцу. Раз уж табака днём с огнём не сыщешь, ему осталось два наркотика: адреналин и убийство всяких ублюдков. Три, ещё выпивка. В любом случаю, порцию адреналина Сайлас получил, пора переходить ко второму.
Добравшись своим рывком до двери, та как раз начала открываться, он припал к стене возле открывающегося прохода, выжидая. Пол секунды и из дверного прохода высунулась мясистая рожа местного вышибалы. Неблагодарная работа, опасная работа. Не дожидаясь, пока его заметят, Сайлас накинулся на того, кто просто делал свою работу, вонзая нож тому в горло, левой рукой плотно зажимая вышибале рот, не давая тому закричать. Ещё несколько быстрых ударов в горло, затем один в область грудной клетки, не давая тому среагировать, пока туша вышибалы не обмякла. Вытащив свой тычковый нож из тела, он упрятал оружие в карман, обхватив тело мордоворта руками вокруг туловища (тот оказался тяжёлым, но обращать на это внимание не было времени как и на то, что Сайлас весь измазался в свеженькой крови) и втаскивая труп в помещение, аккуратно укладывая тело на пол, стараясь не издавать лишнего шума.  Остальные в здании ещё не разобрались, что происходит, видимо доверив одному вышибале спровадить кинув в окно камень хулиганов. Конечно, вопрос времени, но секунд десять у них было, пока остальные в здании не решать проверить, почему так тихо. Он перевёл взгляд назад, дабы посмотреть, что делает его компаньон. Конечно он понимал, что тот едва ли сбежит за ближайшим гвардейским патрулём, но и терять из виду человека, с которым он познакомился совсем недавно не хотелось.

Отредактировано Сайлас Ахав (2019-08-12 13:32:15)

+1


Вы здесь » Дагорт » Личные эпизоды » 8, месяц солнца, 1810 - Старые кости