КИЛЛИАН ПЭЙТОНКЛИФФ ХОЛДЖЕРИЛАЙ БЕРРИГАН
ГРЕХ НЕ В ТЕМНОТЕ, НО В НЕЖЕЛАНИИ СВЕТА
месяц солнца, 1810 год
Тёмное фэнтези | NC-17
Месяц солнца принёс в Дагорт дурные известия: мало хорошего в новостях о том, что в Редларте начали пропадать люди. Там и раньше было не слишком спокойно: большинство жителей ушло оттуда с приходом Пустоты. Остались лишь самые смелые или самые упрямые (хотя их принято звать глупцами). Более того, остался в Редларте и весь род Пэйтонов, не пожелавших бросить родной город. Кто-то говорит, что тучи сгущаются и грядёт буря — вполне возможно, что будет так.
» сюжет и хронология » правила проекта » список ролей » календарь и праздники » география и ресурсы » власть и образование » религия » технологии и оружие » ордена и союзы » пути и пустота » бестиарий » гостевая книга » занятые внешности » нужные персонажи » квестовая

Дагорт

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дагорт » Личные эпизоды » 13, месяц дождей, 1810 — Высокие ставки


13, месяц дождей, 1810 — Высокие ставки

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

http://s7.uploads.ru/rLsx9.jpg


Стоун & ШиповникWe don't even ask happiness, just a little less pain.

Как не пытайся бежать, а прошлое нагонит тебя. И тогда хорошо иметь рядом надежного союзника, пусть даже и отмеченного меткой Мнимого.

Отредактировано Стоун (2019-08-12 11:00:59)

0

2

За ним следили уже несколько дней. Он чувствовал это кожей, видел как худая фигура следует за ним, пытаясь скрываться среди толпы.  Пёс не знал кто это, но не сомневался в том, что ничего хорошего она не принесет ему. Он не пытался скрываться, подыгрывая незнакомому человеку, уводя при этом все дальше и дальше от дома своего господина. Не хватало еще того, чтобы эти твари выследили Хэмиша. Но кто? Не так много людей в этом городе, которым он был интересен. Это явно была не инквизиция, сомнительно что кто-то из его жертв, а значит это либо люди бывшего хозяина или подельники. Никого из них видеть он не хотел.
К сегодняшнему дню пёс готовился особенно. Стоун вышел из дома, где жил покуда за ним весел хвост, а спустя пару кварталов приметил, что за ним снова увязался этот человек. Крыса свернул в переулок, где плутал ровно до того момента, как скрылся из  вида незнакомца и не зашел ему за спину, прошмыгнув в одном из переулков.
- Кто ты и что тебе нужно. отвечай или я тебе глотку перережу. - говорил Стоун спокойно не было в этом голосе угрозы и страха. Он не угрожал - предупреждал. Нижнюю часть лица как и раньше скрывала маска, а на незнакомца смотрел незнакомый колкий взгляд.
В движениях этого человека псу было что-то знакомо. он словно видел когда-то его, но не мог вспомнить где. Воспоминание царапалось на подкорке разума как жук, но появляться на свет не хотело ровно до того, как преследователь не заговорил. Глаза мужчины расширились от удивления, а подозрение в душе возросло во много крат. Он видел уже эту девушку, слышал ее. Она была одной из той банды, что за его голову платила изрядно. Однако стоит отметить, что ей хватило смелости сунуть свой нос сюда. Это значило одно либо она была глупа, либо слишком отчаянно нуждалась в деньгах. Что же, и то и то приведет ее к смерти...

+1

3

Сегодня, как и последние несколько дней, Шиповник была просто прохожим. Один из многих людей, которые снуют по улице. Роль была почти завидная, ведь предшествующий месяц каждый день девушке приходилось становиться попрошайкой. Старой и сгорбившейся, потрясывающей кружку с мелочью и не поднимающей головы. Жмущейся по углам, словно побитая дворняжка, припадающая на одну ногу. Волосы обмазанные пеплом и сажей, наспех стащенная роба и постоянное, неотступное ощущение шагов за спиной. Словно камушки перекатываются под чьими-то ступнями, клинок бряцает о голень, а смрадное дыхание окутывает и погружает все глубже в омут.
Шиповник устала.
Роуз ненавидела спешку. Образы – мозаика, складываемая из цветных стеклышек, дабы из общего рисунка ничего не выбивалось. Ее искусство не может принять личины, склеенной наспех, которую сорвать можно одним лишь мановением руки. Теперь время на подготовку – драгоценность, которой Роуз лишили. Выкрасть бы ее обратно, отобрать у наглых захватчиков, да как, каким образом? Вернуться в комнатушку, которую девушка ранее арендовала, подобно самоубийству. Тщательно собранная коллекция париков, подготовленные наряды и бесконечные скляночки, помогающие маскировать внешность – все можно считать утерянным. Если, конечно, в карманах помимо медяка не завалялся план по сбрасыванию хвоста и, желательно, исчезновению с лица земли всей банды, которая ныне так отравляла жизнь. Под кожу проникала миазмами и разливалась гнойным воспалением.
Шиповник давно покинула район, которым «владела» ее бывшая банда, но разве ублюдки не любят загонять утомленную дичь? Стать бы сильнее за пару мгновений, дабы сон перестал быть такой роскошью. Чтобы, наконец, спокойно вернуться домой и проведать отца. Отдать деньги на лекарства.
Ладони сжимались сильнее, ногти глубоко впивались в кожу. Но злиться сейчас нельзя, нет-нет, ярость – туманит разум, мешает мыслить. Да, обращаться к старым клиентам тоже не безопасно. И все равно требуется хотя бы пара спокойных дней, дабы приготовить настойку – у Роуз украли даже такую малость.
Возможно, стоило с самого начала, в первые же часы, обратиться за помощью к Мэгги. И если бы Шиповнику повезло попасть под хорошее настроение ведьмы, то проблемы ныне вовсе не существовало. Однако момент упущен и нужно бежать дальше, бесцельно, попросту в никуда. Юной Фаррен нужен способ избавить свою жизнь от ряда людей – что ж, время к Сущности на поклон и гори все синим пламенем инквизиции. Только вот страшно. До дрожи в коленях, до нервозности, до нехватки кислорода. О, конечно, Шиповник выполняла опасные задания, но вот руки старалась не марать. И не испытывала психопатичного насаждения от жертвоприношений, вскрывания тел или, упаси Семеро, поедания чужой плоти. Кажется, все это было обязательными пунктами, дабы спокойно и без лишних нервов просить оскверненных богов о милости. Может, Сущности глубоко плевать, испытывает ли ее новый агнец наслаждение от различного рода ненормальной мерзости, но вот Роуз очень уж хотелось решить свои проблемы и не спятить при этом. Задача казалось неосуществимой. Проще лечь и сдохнуть в ближайшей канаве.
«- Крыса», - пока разум занят пережевыванием несчастий, свалившихся на себя любимую, скажем спасибо той частичке, которая продолжает наблюдать за людьми. Прозвище всплывает среди треволнений, пока мужчина точь-в-точь как старый знакомый, проходит мимо. И сколько не следуй за ним – ведение не исчезает, черты лица не меняются и Крыса – который, между прочим, должен быть мертв – идет дальше по своим неведомым делам. И нельзя сказать, чтобы он хоть немного казался беглецом, который скрывался и опасался пристального внимания старых знакомых. Шиповник поддается импульсу, в ее голове еще не оформляется план, свет надежды не особо-то брезжит, но зарождается уверенность, словно что-то в этой ситуации можно использовать. В идеале – Крысу, но можно ограничиться и причиной его вопиющего спокойствия. Для человека, который должен быть мертв. При худшем раскладе мужчина, конечно, просто убьет ее, но разве преследователи не натирают лезвия все с той же причиной?
Смена образа – столь же халтурного, как и предыдущего – и всего несколько дней на первый ход.
- Легче, легче, - отвечает Шиповник, когда грубый мужской голос добавляет щедрую порцию неуверенности в варево так называемого «плана». Но сейчас точно не время погружаться в образ испуганной девочки, собраться, стереть это нелепое выражение страха с лица до того, как обернуться к говорившему. И слегка приподнять руки на уровень пояса – у нее нет оружия или намерения опоить мужчину чем-то непотребным. Смешно, словно Крыса мог бы чего-то опасаться от такой, как Фаррен. – Долго же ты меня ловил, - нарисовать на лице улыбку. Сейчас бы попросить минутку на молитву Воину, дабы тот отсыпал храбрости, да уже как-то неуместно.

0


Вы здесь » Дагорт » Личные эпизоды » 13, месяц дождей, 1810 — Высокие ставки